Тогда Хрут сказал:
– Нам с Хаскульдом надо назначить свидетелей, а Халльгерд пусть обручится сама,
– Все правильно, – сказал Торарин.
Затем было определено приданое Халльгерд. Глум должен был добавить к приданому еще столько же. Было решено также, что все вновь приобретаемое добро будет делиться между ними поровну. Затем Глум обручился с Халльгерд и поехал со своими людьми домой. Свадьбу должны были сыграть у Хаскульда. До самой свадьбы ничего больше не приключилось.
XIV
Глум и Торарин со множеством достойных людей поехали на запад, в Долины. Приехав в Хаскульдсстадир, они застали там много народу. Хаскульд и Хрут сели на одной скамье, а жених – на другой. Халльгерд сидела на женской скамье, красивая и нарядная. Тьостольв все время расхаживал с секирой на плече и держал себя нагло, но все делали вид, что не замечают этого. Когда свадьба кончилась, Халльгерд поехала с ними на юг. Приехав домой, в Вармалёк, Торарин спросил Халльгерд, хочет ли она распоряжаться всем домом.
– Нет, не хочу, – сказала она.
Халльгерд вела себя тихо всю зиму, и все были ею очень довольны.
Однажды весной братья заговорили между собой об их хозяйстве, и Торарин сказал:
– Я уступлю вам хозяйство в Вармалёке, потому что вам здесь будет сподручнее, а сам поеду на юг, в Лаугарнес, и буду там хозяйничать. А островом Энгей будем владеть сообща.
Глум согласился. Торарин переселился на юг, а Глум с женой остались хозяйничать вдвоем. Халльгерд набрала себе домочадцев. По-прежнему она любила запасать без меры и жить на широкую ногу. Летом она родила девочку. Глум спросил ее, как назвать дочь.
– Ее следует назвать Торгерд, по матери моего отца. Ведь она вела свой род по отцу от Сигурда Победителя Дракона.
Девочку окропили водой и назвали Торгерд. Когда она подросла, она стала походить на мать. Глум и Халльгерд хорошо ладили между собой. Так продолжалось некоторое время.